Искусство мизансцены: пространство, геометрия и власть на экране

Работа с мизансценой относится к тем порой незаметным и не самым броским аспектам кинопроизводства, которые тем не менее определяют успех картины. Под этим термином понимается хореография перемещений актеров, выбор моментов для их движения и то, как именно их кадрирует камера. В свежем видеоролике от студии Breadfruit Studios, основанной Себастьяном Уквой и Оньекачи Уквой, это ремесло разбирается на конкретные рабочие элементы и понятия, которые можно применять при постановке следующей сцены. Авторы ролика подчеркивают, что мизансцена — это невоспетый герой визуального повествования. Когда она работает безупречно, зритель вообще ее не замечает. Если вам когда-либо доводилось переснимать эпизод из-за того, что в кадре что-то казалось фальшивым, но вы не могли точно сформулировать проблему, скорее всего, дело было именно в мизансцене. Прежде чем углубляться в детали, стоит сделать важное напоминание. Персонажи, разумеется, могут перемещаться. Камера тоже способна двигаться — это очевидно. Однако не стоит воспринимать данные слова как руководство к действию в духе «мне нужно постоянно двигать и актеров, и камеру», поскольку подобный подход неизбежно приводит к бессмысленной суете. Первым делом режиссер должен задаться вопросом: зачем? Какова истинная необходимость в этом перемещении? Не следует просто так крутить камеру и заставлять героев без всякой причины ходить из одной комнаты в другую. Создатели любят так называемый «тост» — те самые детали, которые добавляют сценам реализма. Но это движение должно быть строго мотивированным и помогать зрителю глубже понять персонажа или саму историю. Теперь можно перейти к детальному обсуждению.

Пространство и дистанция

Рассуждения о мизансцене логично начинать с базового вопроса: на каком расстоянии друг от друга находятся исполнители и совершают ли они какие-либо перемещения. В ленте «1917» почти непрерывный кадр заставляет двух главных героев-солдат идти, бежать и ползти по траншеям и открытой местности. Подобное непрекращающееся движение убедительно передает как их крайнюю спешку, так и глубокую изоляцию в тылу врага. Сравните это со статичностью «Крестного отца», где мужчины сидят вокруг стола и практически не меняют позы. Авторы видео отмечают, что дистанция между героями или ее отсутствие напрямую транслируют динамику власти. Здесь уместно зайти еще дальше. В столь замкнутом пространстве, как обеденный стол, именно близость или удаленность начинают определять всю сцену. То, как именно персонажи сидят, тоже является частью мизансцены. Держатся ли они прямо или откинулись назад? Кто контролирует паузу? Порой для демонстрации жесткой борьбы за власть не требуется вообще никаких движений.

Форма и линии в кадре

Следующий аспект связан с геометрическими фигурами, которые актеры образуют своим расположением и движениями внутри кадра. В первой части «Убить Билла» финальная схватка между Невестой и О-Рен Исии разворачивается в заснеженном саду, образуя форму круга. Медленный поединок по круговой траектории придает дуэли ритуальный, почти церемониальный вес. Перед нами два бойца, запертые в замкнутой петле. «Темный рыцарь» действует с точностью до наоборот. В знаменитой сцене с карандашом рваные, непредсказуемые движения Джокера разрушают упорядоченное построение авторитетов мафии вокруг него, визуально воплощая хаос и его отказ подчиняться чужой иерархии еще до того, как он успевает произнести много слов. Фильм «Начало» напрямую работает с линиями, выстраивая персонажей по изгибам и вертикалям в моменты, когда архитектура городской мечты складывается гармошкой, удерживая аудиторию в таком же дезориентированном состоянии, что и самих сновидцев. Форма и линия позволяют режиссерам внедрять подтекст без помощи диалогов.

Как мизансцена управляет камерой

Постановка мизансцены и операторское искусство неразрывно связаны друг с другом. Представители Breadfruit Studios отмечают, что мизансцена не ограничивается одними лишь актерами, она также задает траекторию движения камеры, и эти два компонента соединены неразрывно. В «Ла-Ла Ленде» камера кружит вокруг Себастьяна и Мии на протяжении их танцевальных номеров. Подобная подвижность продолжает рассказывать историю, сохраняя при этом общую динамику. (Это характерная черта современных мюзиклов. Классические музыкальные картины обычно ставили танцевальные номера как живые картины, словно камера была обычным зрителем в зале, наблюдающим за выступлением со стороны). В данном случае танец воспринимается как самостоятельный персонаж, из-за чего сцены кажутся невесомыми и слегка опьяненными романтикой. В «1917» прослеживается ровно та же концепция. Как уже отмечалось выше, солдаты постоянно находятся в движении, а камера неотступно преследует их. Неугомонное движение объектива позволяет зрителю проживать каждый момент вместе с героями, которые вынуждены идти, идти и идти вперед. Сначала определите, куда отправятся актеры, и тогда у камеры автоматически появится четкая задача.

Подтекст и расстановка сил

Мизансцена также несет в себе эмоциональный заряд и политику конкретной сцены. Создатели видео подчеркивают, что она способна обеспечивать повествованию глубокий подтекст. Достаточно вспомнить сцену ссоры в «Брачной истории». Супруги кружат по комнате, то приближаясь, то удаляясь, а рисунок их шагов в точности отражает подъем и спад их эмоционального конфликта. В «Паразитах» Пон Чжун Хо выстраивает весь кинематографический мир на вертикальной оси. Богатая семья Пак располагается наверху, семейство Ким — в полуподвале, причем зачастую их разделяет четкая граница. В результате каждое поднятие или спуск по лестнице превращается в громкое социальное высказывание о классовом неравенстве. И дизайн пространства, и его сценическая организация работают на общую тему. В качестве еще одного наглядного примера в ролике приводится сцена на рудниках ЛеКвинта Дикки в «Джанго освобожденном». Джанго в самом начале сидит в оковах, будучи полностью лишенным власти, в то время как работорговцы свободно перемещаются вокруг него. Когда он начинает плести историю о своей охоте за головами, герой выпрямляется и подается вперед, а мужчины инстинктивно подходят ближе, чтобы расслышать подробности. Как только с него снимают цепи, он встает вровень с ними, а затем возвышается над ними, удерживая центр кадра, пока остальные ждут его дальнейших указаний. Авторы видео резюмируют, что эволюция мизансцены проходит путь от состояния плена и подчинения до абсолютного обретения силы и контроля. К тому моменту, когда Джанго берет в руки оружие и начинает полностью контролировать ситуацию, постановочные решения уже давным-давно сообщили зрителям, что он неизбежно одержит победу.

Воплощение на бумаге

Каким же образом перенести эти принципы в собственную практику? Как и в большинстве творческих задач в кино и на телевидении, все начинается с бумажного листа. Об этом следует помнить на этапе создания раскадровок или постановочных планов этажей, которые фиксируют будущие траектории перемещения актеров и камеры. Разумеется, все это может измениться или стать более гибким во время репетиций, где мизансцена почти всегда претерпевает изменения, как только в помещении появляются живые люди. Видеоряд предлагает несколько важных напоминаний для режиссеров. Необходимо четко понимать, кто именно удерживает власть в кадре, и подчеркивать это с помощью позиционирования. Каждое движение должно иметь вескую причину, поскольку любое перемещение нуждается в мотивации. Кроме того, привлекайте оператора-постановщика к работе на самых ранних этапах, ведь именно мизансцена определяет способ съемки конкретной сцены. Режиссер и оператор проектируют один и тот же момент, глядя на него с двух противоположных сторон объектива.

Источник: nofilmschool.com